Эти костлявые парни, они никогда не сдаются. Они сражаются, пока не превратятся в сплошную рану. Белые парни, похожие на скелеты в жёлтом воске, с татуировками. Чёрные парни, как вяленое мясо. Эти парни обычно ходят вместе, как ты можешь их представить в «Narcotics Anonymous». Они никогда не останавливают бой. Как будто он весь — энергия, двигающийся так быстро, что фигура смазывается по краям. Эти парни спасаются от чего-то. Как будто у них остался только один выбор: каким образом умереть. И они хотят умереть в бою.
Им приходится сражаться друг с другом, этим парням. Никто больше не вызовет их на бой. Они не могут сражаться ни с кем, кроме другого такого же дёрганого и костлявого парня из костей и энергии. Потому что никто больше не согласится сражаться с ними.
Смотрящие на их бой даже не кричат. Всё, что ты слышишь — это дыхание сражающихся, вырывающееся сквозь стиснутые зубы. Шлепки рук в поисках опоры. Свист и звук удара, когда кулак бьёт и бьёт в пустые ребра, зажатые в клинче. Ты видишь сухожилия, мышцы, вены под кожей мечущихся бойцов. Кожа сияет, потеет, вся в рубцах, блестит от влаги под единственной лампой.
Проходит десять минут. Пятнадцать.
Запах пота этих парней напоминает запах жареного цыпленка.
Двадцать минут бойцовского клуба. Наконец, один из них падает.